1932-й. Долгие годы их не было здесь, в этом душном уголке дельты Миссисипи. Но теперь они вернулись. Братья Смок и Стэк, неразлучные близнецы, ступили на знакомую, пропахшую речной тиной землю. За их плечами остались траншеи Великой войны, а потом — шумные, опасные улицы Чикаго, где они нажили и деньги, и славу, и проблемы. Они повидали многое. Теперь им нужно было место, точка опоры, своё дело.
Их выбор пал на участок, которым владел один старый, упрямый расист. Земля с покосившимися сараями и старой кузницей. Переговоры были жёсткими, но братья знали цену деньгам и настойчивости. В конце концов, сделка состоялась. Их замысел был прост: открыть бар. Не просто питейное заведение, а музыкальную хату для тех, кто целыми днями гнёт спину на окрестных плантациях. Место, где можно выдохнуть, забыть на час о тяготах, послушать честную музыку.
Открытие стало событием. Бар, названный «Дельта-Блюз», был полон. Воздух гудел от разговоров, смеха, звенел от бокалов. Но главным украшением вечера стал не интерьер и даже не выпивка. Им стал молодой парень, сын местного пастора. Много лет назад братья, тогда ещё мальчишки, подарили ему старую гитару. Этот жест, казалось, канул в Лету. Но нет. Парень вырос. И теперь его пальцы знали струны так, будто разговаривали с ними.
Он вышел в центр, взял в руки инструмент. Первые же ноты заставили замолчать толпу. Это был блюз. Настоящий, глубокий, выстраданный. Звук лился из гитары, как кровь из раны, как вода из родника — печально, но с невероятной силой. Он пел о дорогах, о потерях, о любви и тоске. Казалось, сама душа дельты зазвучала в этой музыке.
Никто не заметил, как в дальнем углу, в самой густой тени, появился новый слушатель. Высокий, очень бледный мужчина с пронзительным взглядом. Его одежда, хоть и простая, выглядела чужеродно в этой обстановке. Он не двигался, лишь внимательно, с хищным интересом, следил за музыкантом. Звуки блюза, эта грубая, земная магия, достигли его ушей, пробудив любопытство, дремавшее десятилетиями. Он был ирландцем. И он был вампиром. Случай занёс его в эти края, а теперь музыка приковала к этому душному бару в дельте Миссисипи, где судьбы бывших гангстеров, талантливого сына пастора и древнего странника начали незримо сплетаться в один узел. Вечер только начинался, но уже было ясно — ничего прежним не останется.
